Рак поджелудочной железы




 

 

Доброе время суток. На данном сайте вы найдете все о лечении рака поджелудочной железы народными способами и методами, также найдете разные современные методы лечения рака начиная от лечения препаратом АСД и содой и заканчивая комплексным лечением травами и настойками. В начале статьи приведу Вам основные ссылки на методы и разные статьи, которые Вам будут полезны на этом сайте!!!

 

Лечитесь с умом!!!

 

 

Другие полезные статьи на сайте:


Лечение рака поджелудочной народными средствами


Питание при раке и онкологии

 

Народные средства при химиотерапии и лучевой терапии

Последствия химиотерапии и лучевой терапии

 

Лечение рака методом Сулеймановой

Лечение ракаметодом Тищенка

 

Прогноз лечения рака

 

Противораковые сборы трав

Народные методы лечения рака

 

Стоимость народных средств

Профилактика рака и онкологии

 

 

Тотальная панкреатэктомия в хирургии злокачественных опухолей поджелудочной железы

 

ВВЕДЕНИЕ


Тотальная панкреатэктомия (ТПЭ) впервые была выполнена T. Bilrot в 1884 (хотя в ряде работ описывается первая ТПЭ, которая была выполнена Rockey 1940 (пациент погиб через 15 дней после операции), а панкреатэктомия с продолжительностью жизни больного более 5 лет - Priestly в 1942 г.) [7] . Однако сложность операции и ее неблагоприятные последствия в условиях эксперимента, тяжелые нарушения всех видов обмена, развивавшихся после ее выполнения у экспериментальных животных, необходимость постоянной заместительной терапии длительное время сдерживали активность хирургов по удалению всей поджелудочной железы (ПЖ). В частности, С.П. Федоров 1934 высказался негативно о возможностях хирургического лечения опухолей ПО, заявив, что за радикальными операциями рака этого органа нет будущего. Madelung (1914) считал возможность полного удаления ПО минимальной, а Э. Гессе (1929) не рекомендовал удалять всю ПО, считая что без нее жизнь невозможна. На сегодня с совершенствованием хирургических и анестезиологических технологий ранняя послеоперационная летальность после ТПЭ в ряде клиник составляет около 5%, внедрены лапароскопические и роботохирургични ТПЭ, однако отдаленные результаты этих операций остаются окончательно неудовлетворительными, что связано как с прогрессированием опухолевого процесса, так и с развитием метаболических осложнений [1, 6]. Показаниями к выполнению ТПЭ считают мультицентрическим или распространены нейроэндокринные опухоли, интрадуктальни папиллярные муцинозные неоплазмы (ИПМН) с диффузным поражением панкреатического протока или инвазивные формы болезни, аденокарциному ПО с тотальным поражением железы, семейный рак ПО с наличием предопухолевых поражений, метастатическое поражение ПО (в частности рак почки ), некоторые варианты осложненных форм хронического панкреатита, сопровождающиеся резистентным к лечению болевым синдромом, особенно после перенесенных ранее резекций ПО, некроз культи ПО после выполнения панкреатодуоденальной резекции (ПДР) [2, 3, 4, 5]. Одновременно окончательно не разработана комплексная программа лечения этих пациентов в послеоперационном периоде, направленная на предупреждение развития метаболических осложнений, нутритивного дефицита, улучшение качества и увеличение продолжительности жизни больных, прооперированных.

Цель работы - оценить непосредственные и отдаленные результаты ТПЭ, выполненной по поводу злокачественных новообразований ПО.


МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ


С 2003 по 2011 г. в Киевском центре хирургии заболеваний печени, желчных путей и поджелудочной железы была выполнена ТПЭ 14 больным (пациенты, которым ТПЭ проведена по поводу некроза культи ПО после ПДР исследованию не вовлечены). Женщин было 9, мужчин - 5, средний возраст больных составил 45,3 ± 7,2 года. Показаниями к выполнению ТПЭ были мультицентрический рак ПО (10 случаев, в 1 случае диагностировали смешанную экзо-и эндокринную опухоль, T3N1M0-1, в 6 случаях были умеренно дифференцированные опухоли, в 4 - низкодифференцированные), инвазивная ИПМН с тотальным поражением главного панкреатического протока ( 1 больной), рак желудка с тотальным поражением ПО (1 случай), светлоклеточный рак почки с тотальным метастатическим поражением ПО (2 случая). 7 операций выполнены в комбинации с гастрэктомии (вследствие поражения опухолевым процессом желудочной вены) (из них у 1 больного с резекцией воротной вены, 1 - с резекцией воротной вены и резекцией печени), 1 - с резекцией воротной вены, 1 - с нефрэктомии и резекцией верхней брыжеечной вены. Объем лимфаденэктомии при протоковой аденокарциноме ПО отвечал расширенной радикальной по Сastelfranco Veneto, 1999. Экзокринная функция ПО оценивалась путем определения эластазы-1 кала с помощью иммуноферментного анализа ELISA с использованием двух моноклональных антител к человеческому эластазы (ScheBo-Tech, Gissen, Germany). Стеаторею определяли по методу Ван де Камера. Лабораторными критериями оценки нутритивного статуса были уровень холинэстеразы сыворотки, трансферрин и альбумин. У всех больных проводили определение ионизованиого кальция, общего кальция, магния, цинка, железа, 25-гидроксивитамина D, 1,25-дигидроксивитамин D, витамина А (с использованием трифлуороуксуснои кислоты), витамина E (по методу Emmerie и Enhel), паратгормона, опухолевых маркеров сыворотки крови, фосфора мочи. Белковые фракции определяли электрофорезом на пластинах агарозном гелем. Уровень аминокислот плазмы определяли после депротеинизации с сульфосалициловой кислотой с использованием методики ионообменной хромотографии. Концентрацию глюкозы в цельной капиллярной и венозной крови определяли глюкозооксидазным методом. Пероральный тест толерантности к глюкозе с определением показателей глюкозы капиллярной крови проводили по стандартной схеме. Оценку теста толерантности к глюкозе, а также показателей глюкозы крови и мочи проводили согласно критериям сахарного диабета (СД) и других категорий гипергликемии ВОЗ (1999). Уровень HbA1/HbA1c определяли методом катионообменной хромотографии высокого давления. Pивень С-пептида определяли с помощью твердофазного хемолюминисцентного анализа. Суточное мониторирование уровня глюкозы осуществляли с помощью системы длительного глюкозного мониторинга (CGMS - continuous glucose monitoring system) (Medtronic MINIMED). Для контроля уровня глюкозы крови в домашних условиях использовали глюкометры One Touch Ultra, One Touch Ultra Easy, основанные на электрохимическом (ферментативном) методе. Оценку показателей качества жизни проводили с помощью опросника SF-36.


РЕЗУЛЬТАТЫ


Средняя продолжительность операции составила 410 мин, кровопотеря - 1000 мл. В раннем послеоперационном периоде умерло 6 больных (летальность составила 42,9%): 1 пациент - вследствие некроза культи желудка, 2 - острой печеночной недостаточности, 2 - тромбозов сосудистых трансплантатов, 1 - острой сердечно-сосудистой недостаточности (все больные после комбинированных операций) . Частота ранних послеоперационных осложнений составила 64,3%. Релапаротомии были выполнены у 2 больных (14,3%): 1 - некроз культи желудка, 1 - абсцесс брюшной полости. Средний срок нахождения больных в стационаре - 17 суток. Учитывая высокий процент неблагоприятных последствий после комбинированных операций, в дальнейшем мы отказались от применения ТПЭ невозможности выполнения R0-резекций в пользу паллиативных операций (шунтирование с криоабляциею опухоли) при протоковой аденокарциноме и комбинации ТПЭ с абляционных процедурами (нейроэндокринные опухоли, метастазы рака почки, ИПМН и т.д.). Выполнено 2 такие операции - ТПЭ с криодеструкцией метастазов печени (1 - смешанная экзо-и эндокринная карцинома, 1 - метастаз рака почки). Пациенту с раком почки криодеструкция метастаза печени была выполнена как первый этап воздействия на метастаз при планировании этапной мультивисцеральнои резекции, через 3 мес ему проведена атипичная резекция VII-VIII сегментов печени с криоабляциею линии резекции.

К анализу отдаленных результатов привлечено 8 больных, показатели выживаемости и летальным исходом которых приведены в таблице.

Таким образом, оценивая выживаемость больных с протоковой аденокарциномой после ТПЭ, можно сделать вывод, что она соответствует выживаемости больных с аналогичной морфологией опухоли после ПДР.

В отдаленном периоде у больных после ТПЭ выявлены существенные нарушения всех видов обмена.

Наиболее существенные и длительные были изменения в показателях белкового обмена. В течение 1-го месяца после операции у всех пациентов снижалась общее количество белка, но через 3 мес этот показатель почти приходил в норму. У всех больных значительно снижалось количество альбуминов и увеличивался уровень грубодисперсных глобулинов, при этом в большей степени росла b-глобулинов фракция, прогрессирующее снижался альбумино-глобулиновый коэффициент. Несмотря на снижение общего количества белка, содержание b-глобулина в послеоперационном периоде рос и в конце 1-го месяца после операции cтановив 30-35% того количества белка, определялась у пациента. Анализ наших наблюдений показал, что в связи с выраженной гипопротеинемией абсолютное количество отдельных фракций может быть меньше дооперационного уровня, поэтому для получения корректной информации необходимо сравнивать показатели, отражающие, какую часть общего белка составляла эта фракция до и после удаления ПО. У всех больных после ТПЭ наблюдали также рост уровня g-глобулинов, при этом в большинстве случаев отмечали слива b-и g-глобулинов, что свидетельствовало о развитии глубоких нарушений белково функции печени. Нарушение соотношения белковых фракций, даже при нормализации общего уровня белка, наблюдали и на более поздних сроках после операции в течение длительного срока послеоперационного периода - 6 мес, 1 год и более.

Изменения в белковом спектре сыворотки крови существенно отличались у больных после ТПЭ и других вариантов резекций ПО. Так, после ПДР течение месяца наблюдалась гипопротеинемия, с последующим ростом уровня белка, который через 2 мес практически не отличался от дооперационного. У всех обследованных больных (у некоторых даже при нормальном уровне белка) наблюдали изменения соотношения белковых фракций (количество альбуминов снижалась, росло число глобулинов преимущественно за счет b-глобулинов, но увеличивалось и количество g-и a-2 глобулиновых фракций), но в большинстве больных эти изменения исчезали через 2 мес после операции. На более поздних сроках после операции существенную диспротеинемия наблюдали лишь у больных с тяжелой степенью мальабсорбции. После дистальной резекции (ДР) ПО в течение первых 2 недель после операции определяли гипопротеинемию, главным образом после комбинированных резекций, с последующей стабилизацией уровня белка, диспротеинемия у этих больных практически отсутствовала.

При анализе аминокислотного состава плазмы у больных после ТПЭ обнаружено, что эта операция приводит к хронической гиперацидемии, в частности уровень аланина, серина, орнитина и аргинина существенно повышался, в отличие от больных после ПДР и ПДД с криоабляциею культи ПО (патент на полезную модель № 35416 ), после которых существенных изменений в аминокислотному составу крови не наблюдается. Дефицит инсулина характеризуется повышением лейцина, изолейцина и валина и уменьшением концентрации гликогеничних аминокислот, в частности аланина (именно эти изменения отмечали у 3 больных после ДР, в других аминокислотный профиль был без существенных изменений). Хотя у всех больных после ТПЭ отмечали снижение индекса массы тела, описанный в литературе аминокислотный профиль при мальнутритивних состояниях характеризовался изменениями других показателей, а именно: снижением уровня всех эссенциальных аминокислот. Кроме того, у всех больных после ПДР также было снижение массы тела, а изменения в аминокислотному профили в этих группах больных были вполне разнонаправленные. Поскольку аланин и серин являются субстратами для глюконеогенеза, а орнитин и аргинин участвуют в синтезе мочевины, которая является вторичным продуктом печеночного глюконеогенеза, обнаружены аминокислотные изменения можно связать с хроническим дефицитом глюкагона, при этом отсутствие повышения лейцина, изолейцина и валина свидетельствует, что дефицит инсулина у обследованных больных был умеренным.

У всех больных после ТПЭ развился СД, что, по классификации ВОЗ, относится к диабету III типа и характеризуется нестабильностью с частыми эпизодами постпрандиальной гипергликемии и ночной гипогликемии. В отличие от других исследователей [2, 5], нами показан достаточно высокий уровень сосудистых и неврологических осложнений всех оперированных больных. Особенностью течения СД после ТПЭ была более высокая частота как дневных, так и ночных гипогликемий, чем после других вариантов резекций ПО (ПДД, ДР). После ТПЭ доза инсулина, которая в среднем составила 0,1 ЕД / кг / ч первые-вторые сутки после операции (в среднем 120-150 ЕД инсулина за первые сутки) снижалась и через 3 нед составляла от 4 до 30 ЕД / сут. С-пептид в сыворотке крови у всех больных после ТПЭ ни определяли (<0,02 нмоль / л). В связи с резким нестабильностью СД нами был применен длительный мониторинг гликемии CGMS, что совместно с данным дневника самоконтроля обеспечивает наиболее полную информацию о направленности (что крайне важно для определения эпизодов скрытой гликемии), размеров, продолжительности, частоты и причин изменения глюкозы крови в течение суток, позволяя более адекватно оценивать степень компенсации углеводного обмена и проводить коррекцию терапии.

Для оценки целесообразности применения СGMS проведена оценка контроля гликемии у 5 больных после ТПЭ, которые проводили самоконтроль глюкозы крови хотя бы 8-10 раз в сутки в течение 10 дней.При этом на фоне якобы адекватной инсулинотерапии больные находились в нормогликемических состоянии только 40% времени в сутки, а временной интервал, при котором они достигали строгого гликемического контроля (до 5,5 ммоль / л до еды и 7,5 ммоль / л через 2 ч после еды) составлял <10% в сутки. Это свидетельствует о недостаточности существующих методов мониторинга и коррекции СД для ежедневной поддержки нормогликемии у этих больных. Почти 30% времени больные находились в гипергликемического диапазоне с тенденцией к гипергликемии в дневные часы, что, вероятно, было обусловлено вкладом гипергликемии после еды. Вместе с тем около 30% времени наблюдались эпизоды гипогликемии, преимущественно имели место в ночные часы (хотя наблюдались и в дневные) и не фиксировались глюкометрами.

Все больные, прошедшие постоянное мониторирование глюкозы крови с помощью СGMS, нуждались изменения схемы инсулинотерапии, изменения углеводного состава диеты и режима введения инсулина.

На первом этапе работы, когда внедрялись в клиническую практику схемы послеоперационного мониторинга, для коррекции гипергликемии применяли комбинацию инсулинов короткого и пролонгированного действия. Инсулинотерапия на втором этапе работы содержала применения рекомбинантного аналогового инсулина - гларгин один или два раза в день. Поскольку гларгин менее растворим, чем нативный человеческий инсулин при физиологическом рН, это замедляет его абсорбцию, следствием чего является практически беспиковый инсулиновый профиль. Комбинация гларгин с короткими инсулинами, в частности с инсулином лизпро или инсулином аспартат на еду помогала предупреждать постпрандиальной гипогликемии после кишечной абсорбции углеводов. Именно эта комбинация на фоне СGMS-мониторинга позволила достичь адекватного гликемического контроля. Всем больным после ТПЭ в связи с риском ночных гипогликемий рекомендовали поддерживать вечернее уровень глюкозы крови> 11 ммоль / л, при тяжелых гипогликемии сами пациенты и родственники больных были обучены применению глюкагона в дозе 1 мг / мл. Об эффективности примененной терапии свидетельствует показатель HbA1 - (6,7-9,2%) (на первом этапе работы - 10,7-14,1%)).

Экзокринная функция ПО у всех больных после операции практически отсутствовала. В то же время интересным является наличие эластазы-1 кала у больных после ТПЭ, уровень которой существенно не менялся в течение периода наблюдения (10,8 ± 3,2, 14,7 ± 3,1 и 9,8 ± 4,2 через 3 , 6 и 12 мес после операции соответственно). У всех больных проведена оценка экскреции жира с калом, что в среднем составляло 17,6 ± 5,1 г / сутки. Все эти пациенты получали диету без ограничения употребления жира (в среднем 170 г / сутки) и заместительную ферментную терапию (25-100 тыс. Ед липазы на еду), с коррекцией других патогенетических звеньев синдрома мальасимиляции, аналогично в отношении больных после ПДР. Вместе с тем при оценке показателей нутритивного статуса больных (альбумин, трансферрин, сывороточная холинестераза) они находились за нижней границей нормы как через 6, так и через 12 мес (в отличие от показателей больных, перенесших ПДД, которые нормализуются в эти сроки).

При оценке показателей витаминного и микроэлементного гомеостаза через 6 мес после операции на первых этапах исследования всех больных (n = 4) были снижены уровни витамина А (520 ± 83 ЕД / л), Е (4,6 ± 1, 2 мг / л), 25-гидроксивитаминуD (23 ± 4,5 нмоль / л), 1,25-дигидроксивитамину D (15,2 ± 3,4 нг / л) (заместительная терапия проводилась по требованию). На втором этапе работы, где проводилась постоянная заместительная терапия (4 больных), показатели уровня витамина А, Е находились в пределах нормы у всех пациентов, у 2 больных были снижены показатели 25-гидроксивитамина D и 1,25 - дигидроксивитамин D, несмотря на примененную заместительную терапию. Показатели цинка были снижены у всех больных контрольной группы (7,3 ± 1,8 ммоль / л) и у 3 больных основной группы, уровень ионизированного кальция - у всех больных контрольной группы (2,1 ± 0,04 ммоль / л), 3 больных основной группы. Определены изменения в уровнях микроэлементов связываем с гипоальбуминемией, которая хранится в послеоперационном периоде у больных обеих групп.

У всех больных после ТПЭ наблюдали быстрое развитие неалкогольного стеатоза печени, имеет крайне важное значение для планирования программы химиотерапии, оперативных вмешательств на печени.По данным нативной мультиспиральная компьютерной томографии (что является «золотым стандартом») в диагностике стеатоза печени существенное снижение печеночной аттенуация наблюдали уже через 3-6 мес после операции. При морфологическом исследовании печени у больных, умерших после ТПЭ в ранние сроки послеоперационного периода от печеночной недостаточности, отмечали глинисто-желтый цвет печени (гусиная печень). При гистологическом исследовании дистрофический процесс захватывал как центральные, так и периферийные отделы долек печени, вся ткань печени имела сотоподибний вид. Заполненные жиром гепатоциты сливались, образуя жировые кисты, окруженных макрофагами, лимфоцитами, плазматическими клетками, нейтрофильными и эозинофильными лейкоцитами, эпителиоидными и гигантскими клетками. Ожирение мало крупнокапельное тип. В гепатоцитах отмечалось резкое снижение гликогена. У 4 больных, умерших в ранние сроки после ТПЭ от других причин, отмечали различную степень атрофии и жировой дистрофии печеночной ткани. Ядра гепатоцитов были темные, несколько уменьшены в размерах, с широкими промежутками между клетками.В клетках отмечали явления мутного набухания в виде нечеткости границ. Накопление жира в гепатоцитах начиналось с периферических частей частиц и распространялось в центр, приближаясь к кругу центральных вен, ожирение было за мелкокапельное типу. Больные погибли рано, так дистрофический процесс не распространялся на всю дольку.

В сроки от 3 до 6 мес после операции (4 больных, биопсия печени) у всех больных наблюдали стеатоз III степени и стеатогепатит, с баллонной дистрофией гепатоцитов, портальным и лобулярная воспалением в 3-й зоне ацинусов, ткань печени имела стильниковоподибний вид, ожирение было за крупнокапельное типу.

С целью оценки эффективности мониторинга и терапии больных после ТПЭ проведена оценка показателей качества жизни через 8 -12 мес после перенесенного оперативного вмешательства. При определении показателей качества жизни (опросник SF-36) на первом этапе работы, где проводилось внедрение в клиническую практику программ мониторинга и лечения постпанкреатектомичних нарушений (после ТПЭ - 4 больных, ПДД - 10 больных, все пациенты оперированы по поводу злокачественных новообразований, без признаков рецидива опухолевого процесса) определено снижение параметров качества жизни как по показателям физического, так и психического компонентов здоровья в обеих группах пациентов по сравнению с дооперационной показателями, при этом изменения более существенные у больных после ТПЭ (р <0,01). При анализе показателей качества жизни больных после ТПЭ (n = 4) и ПДД (n = 8) на втором этапе работы на сроках 6 - 8 мес после операции существенной разницы между показателями качества жизни между больными обеих групп не выявлено, хотя показатели как физического, так и психического здоровья были снижены по сравнению с дооперационной значениями.


ВЫВОДЫ


ТПЭ - операция, сопровождается высокой частотой послеоперационных осложнений и летальности, тяжелыми метаболическими нарушениями, которые частично подлежат коррекции при применении комплексной заместительной терапии. Эта операция должна выполняться по строгим показаниям (как онкологическими, так и психологическими - изменение стиля и образа жизни в послеоперационном периоде, необходимость постоянной заместительной терапии) у определенного контингента больных. Выполнение симультанных операций (резекция печени, воротной вены) повышает число послеоперационных осложнений и летальность, что обусловливает целесообразность применения абляционных технологий, преимущественно у больных с непротоковимы опухолями ПО (рак почки, нейроэндокринные опухоли, ИПМН т.д.) или выполнения паллиативных оперативных вмешательств.


ЛИТЕРАТУРА

1. Casadei R., Ricci C., Monari F. et al (2010) Clinical outcome of patients who underwent total pancreatectomy. Pancreas, 39 (4): 546-547.

2. Crippa S., Tamburrino D., Partelli S. et al. (2011) Total pancreatectomy: indications, different timing, and perioperative and long-term outcomes, Surgery, 149 (1): 79-86.

3. Heidt D., Burant C., Simeone D. (2007) Total pancreatectomy: indications, operative technique, and postoperative sequelae. J Gastrointest Surg., 11 (2): 209-216.

4. Müller M., Friess H., Kleeff J. et al. (2007) Is there still a role for total pancreatectomy? Ann Surg., 246 (6): 966-975.

5. Parsaik A., Murad M., Sathananthan A. et al. (2010) Metabolic and target organ outcomes after total pancreatectomy: Mayo Clinic experience and meta-analysis of the literature. Clin Endocrinol (Oxf), 73 (6): 723-731.

6. Reddy S., Wolfgang CL, Cameron JL. et al. (2009) Total pancreatectomy for pancreatic adenocarcinoma: evaluation of morbidity and long-term survival. Ann. Surg., 250 (2).: 282-287.

7. Siquini W. (2009) Surgical treatment of pancreatic disease, Springer, 516 p.

 

 

 

 

диета при раке поджелудочной железы
питание при раке поджелудочной железы
рак поджелудочной железы диета
рак поджелудочной железы лечение народными средствами
диета при раке поджелудочной
рак поджелудочной железы лечение
лечение рака поджелудочной железы
лечение рака поджелудочной железы народными средствами
лечение рака поджелудочной железы народными методами
народные методы лечения рака поджелудочной железы
рак поджелудочной железы питание
рак поджелудочной железы
что можно есть при раке поджелудочной железы
народные средства при раке поджелудочной железы
питание при раке поджелудочной
онкология поджелудочной железы
рак поджелудочной
поджелудочная железа симптомы болезни и лечение
лечение поджелудочной железы народными методами и диета
народные средства от рака поджелудочной железы
народные средства лечения рака поджелудочной железы
что можно кушать при раке поджелудочной железы
рак поджелудочной железы симптомы
диета при онкологии поджелудочной железы
народная медицина при раке поджелудочной железы
меню при раке поджелудочной железы
методы лечения рака поджелудочной железы
травы при раке поджелудочной железы
питание при раке головки поджелудочной железы
поджелудочная железа диета
лечение рака поджелудочной
как питаться при раке поджелудочной железы
питание при раке поджелудочной железы 4 степени
диета при раке головки поджелудочной железы
народное лечение рака поджелудочной железы
лечение рака поджелудочной железы травами
рак поджелудочной симптомы
нетрадиционные методы лечения рака поджелудочной железы
рак поджелудочной железы симптомы заболевания
народные средства от рака поджелудочной
диета при поджелудочной железе
рак поджелудочной железы народные методы лечения
методы лечения поджелудочной железы
поджелудочная железа питание
народные способы лечения рака поджелудочной железы
лечебная диета при раке поджелудочной железы
лечение голодом рака поджелудочной и печени по бройсу
народные средства при лечении рака поджелудочной железы
рак поджелудочной железы симптомы и лечение
диетическое питание при раке поджелудочной железы
питание рак поджелудочной железы
питание при онкологии поджелудочной железы
симптомы рака поджелудочной железы на ранней стадии
народные методы лечения поджелудочной
диета при лечении поджелудочной железы
диета при раке поджелудочной железе
рак поджелудочной диета
народная медицина рак поджелудочной железы
симптомы рака поджелудочной железы ощущения

 



Обновлен 12 янв 2014. Создан 06 янв 2014



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником

  ПАРАЗИТЫ у ребенка? Записывай: добавить 20 капель Бактефор на 100-150 мл воды...

  Читать далее

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 У тебя папилломы и родинки? Рассказывает главный онколог России - в любой момент папиллома может стать...

  Читать далее

 

 

 

 

 

 

 

  Гипертония это - тихий убийца. Пью 1-2 пакета в день и уже около месяца ни разу не вызывал скорую.

  Читать далее

 

 

 

 

 

 

 

 

 

  Вечная молодость Софии Ротару или как за 2 недели помолодеть на 30 лет

  Читать далее


Внимание! Представленные материалы, являются информацией общего характера
и не могут заменить квалифицированной консультации врача специалиста.



Яндекс.Метрика



Сайт по лечению перекисью водорода и содой 

http://perekis-i-soda.ru/category/professor-neumyvakin